Отказ прокурора от обвинения. Участники уголовного процесса 2019 год

Как устанавливает 6 пункт 5 статьи УПК, г осударственный обвинитель – служащий органа прокуратуры, который от имени государства поддерживает обвинение в рамках уголовного судопроизводства. Привлечение прокурора к процессу обеспечивает реализацию конституционных требований о соблюдении порядка разбирательства дел на основе состязательности и равноправия сторон.

Позиция прокурора в уголовном процессе определяется необходимостью обеспечить законность, защиту свобод и интересов личности, общества, государства. В этой связи служащие, привлеченные к производству, должны:

  • Усиливать индивидуальную ответственность за правильность выводов по ключевым вопросам уголовного процесса.
  • Руководствоваться исключительно нормами права.
  • Являться гарантами соблюдения процессуальных и конституционных прав участников судебного процесса .
  • Проявлять активность при исследовании доказательств.
  • Обеспечивать объективность при реализации функций гособвинения, поддерживать его в меру доказанности.
  • Ставить вопрос перед судом о принятии частного определения при выяснении обстоятельств, способствовавших совершению противоправных действий, фактов нарушения интересов граждан следователями/дознавателями и пр.
  • Реагировать на нарушения и грубые ошибки, выявленные в ходе производства органами следствия/дознания.

В уголовном процессе прокурор участвует не от себя, а в качестве представителя государства. Этот статус налагает особые обязанности на служащего.

УПК достаточно четко регламентирует правила участия обвинителя в уголовном судопроизводстве. Основные положения закреплены в 246 статье Кодекса.

Прокурор должен руководствоваться принципом объективности при поддержании обвинения. Его действия должны быть направлены на выявление обстоятельств, не только уличающих, но и оправдывающих подсудимого.

Прокурор как государственный обвинитель выступает самостоятельным процессуальным субъектом. Соответственно, его позиция не связывается с выводами обвинительного акта или заключения. Поддерживать обвинение служащий должен в меру его доказанности. Ему необходимо убедиться в достаточности представленных материалов для вынесения приговора подсудимому.

Если в процессе разбирательства будет выявлено, что доказательствами не подтверждаются претензии к подсудимому, допускается мотивированный отказ прокурора от обвинения . Это действие влечет прекращение производства либо преследования полностью либо в соответствующей части по основаниям, закрепленным 24 и 27 статьями УПК.

Отказ прокурора от обвинения в суде в первую очередь означает отрицание служащим его обоснованности и законности. Соответственно, обвинительная деятельность в отношении гражданина прекращается. Отрицание выражается в публичном выступлении – заявлении прокурора в суде .

Учитывая вышесказанное, можно дать общее определение процессуального действия. Отказ прокурора от обвинения представляет собой заявление, сделанное гособвинителем в заседании суда, выражающее негативное отношение служащего к обвинению в виде отрицания его обоснованности и законности, мотивирующее невозможность поддержания в отношении конкретного субъекта, сообщающее о прекращении (частичном/полном) обвинительной деятельности.

Отказ прокурора от обвинения полностью согласуется с назначением уголовного судопроизводства. В этой связи многие эксперты негативно оценивают поведение некоторых служащих, пытающихся уклониться от совершения этого процессуального действия. В практике, в частности, имеют место случаи, когда должностные лица заявляют ходатайства о возвращении материалов прокурору с целью устранения нарушений, якобы не связанных с неполнотой выполненного расследования.

Такое поведение считается противоправным, а соответствующие постановления прокуроров незаконными и прямо противоречащими предписаниям 7 части 246 статьи УПК.

Во-первых, оно изменяет отношение к подсудимому. Суду и другим участникам судебного процесса после совершения данного действия необходимо обращаться с гражданином как с невиновным.

В действующем законодательстве допускается 2 формы отказа: частичный и полный. В последнем случае имеет место материально-правовое отрицание всего обвинения. В результате мероприятия по отстаиванию обвинительной позиции прекращаются. Частичный отказ прокурора от обвинения предполагает отрицание определенной составляющей доказательственной базы. Деятельность по отстаиванию позиции в суде продолжается, но ее рамки сокращаются. При этом прокурор:

В уголовном производстве предусматривается возможность смягчения обвинения. Его необходимо отличать от частичного отказа. Смягчение предполагает:

  • Исключение обстоятельств, отягчающих ответственность, из состава деяния.
  • Исключение ссылок на нормы права, нарушение которых вменялось в заключении или акте, если преступление предусмотрено по другой статье УК.
  • Переквалификацию посягательства в соответствии с уголовной нормой, устанавливающей более мягкую санкцию.

При частичном отказе от обвинения имеет место сокращение материально-правовой составляющей, отрицание отдельных аспектов вменяемого преступления. При смягчении, напротив, материально-правовой элемент и объем инкриминируемого деяния остаются неизменными, а юридическая оценка поведения подсудимого корректируется.

Прокурор имеет право отказаться от обвинения, если оценка доказательств, полученных в ходе расследования, оказалась ошибочной, или в процессе судебного следствия были получены сведения, опровергающие обвинение.

Основания отказа служащего разделяются в зависимости от причин прекращения преследования и производства по делу на нереабилитирующие и реабилитирующие. В последнем случае имеет место отказ в связи с отсутствием события преступления или признаков состава в поведении подсудимого. Все прочие основания считаются нереабилитирующими.

В некоторых юридических изданиях в отдельную категорию выделяют обстоятельства, которые обязывают служащего отказаться от гособвинения. Это, в частности, факторы, свидетельствующие об отсутствии предпосылок для продолжения процесса. К таким обстоятельствам можно отнести:

  • Отсутствие жалобы от пострадавшего или примирение подсудимого с потерпевшим в рамках дел частного обвинения.
  • Наличие вынесенного в отношении подсудимого приговора по этому же обвинению или судебного решения о прекращении производства по этому же основанию. Указанные постановления должны быть вступившими в силу.
  • Наличие неотмененного постановления следователя/дознавателя о прекращении дела по этому же обвинению.

Приказом Генпрокурора от 13.11.2000 г. № 141 установлен ряд обязанностей для сотрудников органов прокуратуры, являющихся участниками уголовного процесса .

При радикальном расхождении позиции гособвинителя с содержанием акта/заключения прокурор обязан незамедлительно поставить об этом в известность служащего, утвердившего указанный документ. При этом сотрудники должны предпринимать согласованные меры, обеспечивающие юридическую обоснованность выступления в суде на стороне обвинения и исключающие всякое влияние на процессуальную самостоятельность гособвинителя.

Данное требование подразумевает, что отказ от обвинения необходимо согласовывать с территориальным прокурором или лицом, приравненным к нему. При этом данное правило не указывает на наличие связи между позициями обвинителя и прокурора, утвердившего заключение/акт. Гособвинитель – самостоятельный участник уголовного процесса .

По мнению многих юристов, подход, предусмотренный 7 частью 246 статьи УПК, можно считать вполне логичным и демократичным: государство в лице уполномоченного лица отказывается от обвинения, вследствие чего судебная инстанция прекращает разбирательство.

Вместе с тем появляются вопросы, не разрешенные Кодексом. К примеру, может ли вердикт обжаловаться прокурором, который не согласен с позицией гособвинителя? Как будет реализовывать права потерпевший, возражающий против судебного решения, обусловленного отказом от обвинения?

Досудебные стадии процесса позволяют стороне обвинения, в частности гособвинителю, отказаться от претензий к подозреваемому. По мнению юристов, раз дело перешло в суд, инстанция, его рассматривающая, должна получить возможность принять самостоятельное решение в соответствии с результатами судебного следствия. Ведь ничье мнение не может влиять на решение и предопределять его. В противном случае не будет реализован принцип независимости суда. Это, в свою очередь, не согласуется с целью судопроизводства.

Как поступать, если мнение суда не совпадает с позицией обвинения, учитывая, что последняя может обуславливаться и объективными результатами разбирательства, и субъективной оценкой доказательств? Как считают некоторые эксперты, судебная инстанция должна сформулировать свои выводы в отдельном процессуальном документе, вне зависимости, но принимая во внимание позицию обвинителя.

Они оказываются в существенной степени ущемленными при отказе прокурора (даже частичном) от обвинения. Потерпевший, согласно положениям закона, вправе поддерживать обвинение вместе с должностным лицом. Но при отказе последнего производство прекращается вне зависимости от воли жертвы преступления. Как показывает практика, прокурор свои действия с потерпевшим не согласовывает и зачастую даже не уведомляет его о них.

Фактически законодательство лишает жертву преступления возможности самостоятельно защищать свои интересы.

Пленарным постановлением № 1 от 5 марта 2004 г. суд подтвердил, что частичный/полный отказ от обвинения в процессе разбирательства, смягчение его предопределяет вынесение решения в соответствии с мнением гособвинителя. Обуславливается это тем, что уголовное производство базируется на принципе равноправия и состязательности, а формулирование и поддержание обвинения обеспечивается гособвинителем. Как видно, в пояснениях Пленума об интересах потерпевшего ничего не сказано.

Как следует из приведенной выше информации, потерпевший имеет только одну возможность защитить свои интересы – оспорить судебный акт. Однако на практике ни судебные прения, ни последующее обжалование решения не меняет положения жертвы преступления, и интересы пострадавшего так и остаются нарушенными.

Выход из сложившейся ситуации можно попытаться найти, если обратиться положением, присутствующим в постановлении КС № 18 от 8 дек. 2003 г. В резолютивной части документа сказано, что вынесение решения, обусловленного позицией гособвинителя, допускается только по окончании изучения материалов производства и заслушивания мнения сторон. Основываясь на этом положении, суд не вправе прекращать дело до того момента, пока материалы не будут полностью исследованы, и выражена позиция участников заседания.

По мнению юристов, такой подход позволил бы найти правильный подход, отвечающий принципам состязательности и независимости судопроизводства.

КС вполне однозначно указывает на то, что действия прокурора, направленные на отказ от обвинения или его изменение в благоприятную сторону для подсудимого, могут осуществляться исключительно после всестороннего изучения всех представленных доказательств (то есть после судебного следствия) и заслушивания мнения остальных участников, в том числе и после завершения прений.

В законодательстве предусматривается, что в случае отказа от обвинения производство или преследование в отношении гражданина должно прекращаться по соответствующим основаниям, о чем выносится постановление (определение). Некоторые юристы считают данный подход не совсем верным.

Поскольку отказ по реабилитирующим мотивам заявляется в конце разбирательства, согласие с ним суду целесообразнее сформулировать не определением, а решением (оправдательным приговором), указав его в описательно-мотивировочной части.

Если же процессуальное действие прокурора обусловлено нереабилитирующими («техническими») основаниями, в этом случае суд может прекратить производство/преследование своим постановлением (определением).

Следует учитывать, что прекращение дела не препятствует дальнейшему предъявлению и рассмотрению иска в рамках гражданского судопроизводства.

Согласно норме, возбужденное дело должно прекращаться при:

  • Отсутствии события преступления или состава посягательства в действиях лица.
  • Установлении факта смерти обвиняемого/подозреваемого. Исключением является производство, направленное на реабилитацию умершего.
  • Отсутствии заявления жертвы преступления, если производство должно возбуждаться на основании этого документа. Исключения предусмотрены в 4 части 20 статьи УПК.
  • Отсутствии судебного заключения о наличии признаков посягательства в действиях одного из субъектов, указанных в п. 2, 2.1 ч. 1 448 нормы Кодекса, или согласия СФ, Госдумы, квалификационной судебной коллегии на возбуждение дела/привлечения в статусе обвиняемого одного из лиц, присутствующего в перечне п. 1, 3-5 ч. 1 ст. 448.

Прекращение дела осуществляется следователем на основании постановления прокурора. Следователь составляет процессуальный документ, в котором указывает:

  • Дату и место вынесения.
  • Должность, Ф. И. О. лица, оформившего его.
  • Основания для возбуждения производства со ссылками на конкретные статьи УК.
  • Результаты следствия с указанием информации о гражданах, в отношении которых оно велось.
  • Меры пресечения, применявшиеся к лицам.
  • Ссылки на нормы, на основании которых дело прекращается.
  • Решение об отмене мер пресечения и обеспечения.
  • Сведения о судьбе вещественных доказательств.
  • Правила обжалования постановления.

Копия документа направляется прокурору, за исключением случаев, установленных ст. 25.1 УПК.

Отказ прокурора от обвинения очень важное процессуальное действие, которое влечет за собой определенные последствия.

Процессуальные последствия отказа прокурора от обвинения в ходе судебного разбирательства указаны в ч. 7 ст. 246, а также ч. 1 ст. 239 и п. 2 ст. 254 УПК РФ. В статьях 239 и 254 УПК РФ (касающихся прекращения уголовного дела) пет указания на прекращение уголовного преследования в случае отказа прокурора от обвинения. И это несмотря на то, что в ч. 7 ст. 246 УПК РФ содержится указание на прекращение уголовного дела или уголовного преследования как последствие отказа прокурора от обвинения в суде. Таким образом, в случае если подсудимых было несколько и прокурор отказывается от обвинения лишь в отношении одного из них, суд все равно должен прекратить уголовное дело. Получается, что уголовное преследование в отношении остальных подсудимых продолжается, а уголовного дела юридически уже не существует. Налицо в таком случае пробел в уголовном процессуальном праве. На наш взгляд ч. 1 ст. 239 и п. 2 ст.254 УПК РФ следует дополнить возможностью прекратить и уголовное преследование, чтобы исправить указанный пробел.

Это интересно:  Какие затраты не относятся к прямым? Что такое прямые и что такое косвенные расходы 2019 год

Существуют некоторые отличия в последствиях полного и частичного отказа прокурора от обвинения. Так в случае полного отказа по современному УПК РФ судья обязан прекратить уголовное дело по соответствующим основаниям, закрепленным в п. 1,2 ч. 1 ст. 24 или п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ 1 .

Если же прокурор отказывается от обвинения в части, то с одной стороны, судья прекращает уголовное дело, в части которого поступил отказ обвинителя [1] , а с другой стороны «председательствующий судья должен вынести постановление о продолжении разбирательства дела в объеме обвинения, поддерживаемого государственным обвинителем» [2] .

Ученые, исследовавшие проблему отказа прокурора от обвинения, например Ягофаров Ф. М., высказывали мнение, что отказ государственного обвинителя от обвинения должен влечь за собой постановление судом оправдательного приговора, а не вынесение решения о прекращении уголовного дела [3] . Мотивируют они это тем, что только оправдательный приговор может полностью реабилитировать обвиняемого в глазах всего общества. Прекращение уголовного дела в глазах общества ассоциируется с не доказанностью виновности обвиняемого (т.е. виновность лица все же подразумевается), в то время как постановление судом оправдательного приговора — это вывод суда о невиновности обвиняемого. Однако, оправдательный приговор возможно вынести только на стадии разбирательства дела по существу, так как приговор не может быть итоговым решением суда на предварительном слушании или в подготовительной части судебного заседания.

Однако данная позиция не может быть признана верной. Суд, в случае отказа прокурора от обвинения, не может разрешать вопрос о виновности подсудимого. Поэтому оправдательный приговор, представляющий вывод о невиновности обвиняемого, не может быть вынесен в отсутствия обвинения как такового. «О постановлении оправдательного приговора правомерно вести речь только при наличии обвинения, выдвинутого и поддержанного стороной обвинения до конца судебного процесса и несогласии суда с мнением стороны обвинения по поводу доказанности, квалификации обвинения, достаточности доказательств, наличия состава преступления и т.д.» [4] . То есть фактически получается, что оправдывать подсудимого не от чего: ведь его теперь никто в преступлении даже не обвиняет. Указание же па то, что прекращение уголовного дела в «глазах общества ассоциируется с не доказанностью виновности обвиняемого» доказывает не правовую песостоятелыюсть данного процессуального института, а отсутствие должного уровня правового образования. Поэтому для устранения указанной проблемы необходимо проводить просвещение и юридическое воспитание общества, а не вносить изменения в УПК РФ.

Землянухин А.В. поддерживает позицию Конституционного Суда РФ, подтвердившего право потерпевшего на кассационное и апелляционное обжалование решения, принятого в результате отказа от обвинения. Однако действующее законодательство не предусматривает вынесения процессуального документа, фиксирующего решение государственного обвинения об отказе от обвинения, в связи с чем суд второй инстанции лишён возможности непосредственно проверить законность и обоснованность решения государственного обвинителя об отказе от обвинения. Потерпевший в этих случаях обжалует только судебный акт о прекращении уголовного дела или уголовного преследования. Не оспаривая установленную законом и упомянутую Конституционным Судом РФ в постановлении № 18-П от 8 декабря 2003 г. обязанность прокурора исправлять нарушения закона, в том числе и допущенные подчиненными ему прокурорами, специалист отмечает, что в силу специфики акта отказа от обвинения вышестоящий прокурор не может отменить решение государственного обвинителя об отказе от обвинения, потому что после заявления государственным обвинителем такого отказа по делу принимается судебное решение. По этой причине проверка законности и обоснованности соответствующего решения государственного обвинителя возможна только совместно с проверкой судебного акта на основе сведений, содержащихся в протоколе судебного заседания. В целях создания условий для более широкой возможности выявления и исправления ошибок государственных обвинителей при отказе от обвинения, укрепления гарантий прав потерпевшего Землянухин А.В. обоснованно предлагает:

^ предусмотреть в законе обязанность государственного обвинителя оформлять свое решение об отказе от обвинения в виде соответствующего постановления и представлять его в суд;

предоставить потерпевшему и вышестоящему прокурору возможность апелляционного и кассационного обжалования данного постановления совместно с постановлением (определением) суда о прекращении уголовного дела или уголовного преследования 1 .

Касаясь проверки обоснованности отказа прокурора от обвинения, Амирбеков К. считает, что суд, как высший орган в иерархии правоприменительных органов, не обязан механически и даже вопреки здравому смыслу беспрекословно следовать позиции государственного обвинителя и прекращать производство по делу, если не согласен с отказом от обвинения по делу публичного обвинения. Представляется, что процессуальный закон должен содержать норму, дающую в этом случае суду право на обращение к лицу, утвердившему обвинительное заключение, или к вышестоящему прокурору с запросом о проверке обоснованности отказа государственного обвинения от обвинения, отложив разбирательство дела до получения соответствующего заключения. Необходимость введения такой нормы в процессуальное законодательство следует не только из-за недопустимости возложения па суд функции обвинения даже в случае его несогласия с мнением государственного обвинителя, отказавшегося от обвинения, но и из конституционного принципа единоначалия в организации и деятельности самого органа государственного обвинения (прокуратуры). Соответствующий прокурор, получив подобный запрос суда, должен был бы по закону своим заключением либо подтвердить позицию государственного обвинителя, либо поручить поддержание обвинения другому лицу, либо поддержать его самому 1 .

Данная позиция, па наш взгляд, достойна внимания. Однако есть один момент, на который необходимо обратить внимание. Если в УПК РФ предоставить суду право на обращение к вышестоящему прокурору за дачей соответствующего заключения, то тогда возникает закономерный вопрос: в каких случаях стоит суду обращаться к вышестоящему прокурору, а в каких — нет. При принятии такого решения, суд оценивал бы обоснованность акта отказа прокурора от обвинения. Тогда получается, что в случае обращения к вышестоящему прокурору, суд считал бы, что от обвинения не следует отказываться и нужно далее поддерживать его. В этом случае суд явно выступает со стороны обвинения, хотя должен быть беспристрастным арбитром. Как нам кажется, в уголовное законодательство следует ввести не право суда на обращение к начальнику государственного обвинителя в случае отказа от обвинения, а соответствующую обязанность. В последнем случае суд никак не оценивает указанное решение, а отправляет его на контроль вышестоящему по отношению к обвинителю должностному лицу.

ФГБОУ ВО «Саратовская государственная юридическая академия» Научный руководитель: к.ю.н., доцент Е. Г. Лиходаев

  • [1] См.: ч 1. ст. 239 и п.2 Ст. 254 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ // СЗ РФ. 24.12.2001. N 52 (ч. 1).ст. 4921. (ред. от19.12.2016, с изм. и доп., вступ, в силу с 01.01.2017).
  • [2] ‘См.: п. 9 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 22 ноября 2005 № 23 «Оприменении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» (ред. от22.12.2015) //»Российская газета». N272. 02.12.2005 г.
  • [3] См.: Ягофаров Ф.М. Механизм реализации функции обвинения прирассмотренииделасудом первой инстанции. Дис. канд. юрид. наук. Орербург 2003 г.Оренбургский государственный университет.// ІЖЬ-адрес: 1іир://ууу.8Ці Посмотреть оригинал

Рубрика: 17. Уголовное право и процесс

Статья просмотрена: 3545 раз

Кудряшов Р. В. Основания отказа государственного обвинителя от обвинения и их применение на практике [Текст] // Государство и право: теория и практика: материалы III Междунар. науч. конф. (г. Чита, июль 2014 г.). — Чита: Издательство Молодой ученый, 2014. — С. 67-69. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/115/5957/ (дата обращения: 26.03.2019).

Отказ от обвинения — это основанная на полном, всестороннем исследовании материалов уголовного дела позиция государственного обвинителя об отсутствии события преступления, состава преступления, непричастности подсудимого к совершению преступления либо нарушении порядка возбуждения уголовного дела и привлечения лица в качестве обвиняемого, установленного УПК РФ. Все это выражается в рамках судебного заседания в форме заявления о полном либо частичном прекращении уголовного дела (преследования), и влечет предусмотренные в законодательстве последствия.

У современных ученых, занимающихся изучением данной проблемы, существуют различные мнения насчет того, что считается основаниями для отказа от обвинения. Однако, несмотря на разнообразие точек зрения по данному вопросу, прежде всего, следует придерживаться законодательно закрепленных оснований отказа государственного обвинителя от обвинения.

Так, норма ч. 7 ст. 246 УПК РФ относительно самих оснований отказа от обвинения отсылает нас к другим статьям УПК. К ним относятся:

— отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

— отсутствие в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

— непричастность обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

— прекращение уголовного преследования по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в том числе:

— истечение сроков давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

— смерть обвиняемого (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

— отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению (п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

— отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. п. 1, 3–5, 9 и 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации РФ, Государственной Думы РФ, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в п. п. 1 и 3–5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) [1].

В рамках исследования данной проблемы, было изучено 50 решений судов Москвы, Московской области, Санкт-Петербурга, Ленинградской области о прекращении уголовного преследования в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения за период с 2010 по 2014 год.

Анализ судебной практики показал, что такие основания, как истечение сроков давности и смерть обвиняемого не использовались в качестве таковых ни разу.

Истечение сроков давности не должно быть основанием для отказа обвинения, поскольку сущность обвинения не зависит от самих сроков давности, и потому, речь должна идти о прекращении уголовного дела (преследования) вовсе. Здесь не может быть утверждения о том, что подсудимые невиновны. В этом случае срок давности не позволяет продолжать производство по делу, в соответствии с этим государственным обвинителем должно быть заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела (преследования). Здесь важно отметить разницу между ходатайством государственного обвинителя о прекращении уголовного дела (преследования) и отказом государственного обвинителя от обвинения. В первом случае, если подсудимый будет возражать против прекращения уголовного дела, то оно не допускается. В случае же с отказом от обвинения, мнения других участников судопроизводства не могут повлиять на решение государственного обвинителя об отказе от обвинения.

Следует сказать также, что при прекращении уголовного дела (преследования) по данному основанию подсудимый не приобретает законного права на реабилитацию (ч.4 ст. 133 УПК РФ). Когда речь идет об отказе от обвинения, подсудимый, напротив, приобретает право на реабилитацию (п.2 ч.2 ст. 133 УПК РФ).

В случае смерти обвиняемого (подсудимого) — ситуация схожа с ситуацией по вышеуказанному основанию, поскольку в таком случае требуется не отказ от обвинения, а ходатайство о прекращении уголовного дела. Ведь в случае смерти обвиняемого (подсудимого), по сути, разбирательство лишается субъекта преступления.

Последние два пункта в списке оснований отказа от обвинения связаны с неустранимыми процессуальными нарушениями и соответствующий отказ от обвинения в названных ситуациях необходим, поскольку возбуждение уголовного дела в отсутствие требуемых законом условий не может иметь места.

В связи с этим, необходимо изложить ч.7 ст. 246 УПК в следующей редакции:

«7. Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5, 6 части первой статьи 24 и пунктом 1 части первой статьи 27 настоящего Кодекса».

Перейдем к рассмотрению оснований, которые по результатам исследования практики использовались наиболее часто.

В случае, когда доказательства по делу указывают на то, что отсутствует событие преступления, или имеются недостаточные основания полагать, что оно имело место быть, требуется отказ от обвинения на основании п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

Среди изученных решений судов лишь 6 % были связаны с отказом прокурора от обвинения в связи с отсутствием события преступления.

Так, согласно постановлению о прекращении уголовного преследования Ленинградского областного суда от 17 января 2012 года, вердиктом присяжных была установлена недоказанность факта передачи денег М., а также факта дачи указаний со стороны Н. в адрес К. о передаче денежных средств М. В связи с этим, государственным обвинителем на основании, установленных вердиктом присяжных заседателей, обстоятельств, заявлен отказ от обвинения по ч.4 ст.35, ч.2 ст.291 УК РФ на основании п.1 ч.1 ст.24, п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления [2].

Нередко по результатам исследования в суде доказательств становится очевидным, что их в совокупности недостаточно для того, чтобы утверждать о наличии в действиях подсудимого состава преступления. В данном случае это имеет значение в отношении всех признаков состава преступления и должно влечь за собой прекращение уголовного дела на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ. Необходимо отметить, что данное основание является наиболее встречаемым и употребляемым среди всех оснований, которые указаны в п. 7 ст. 246 УПК РФ. Так, 74 % отказов от обвинений из рассмотренных решений суда о прекращении уголовных дел в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения были заявлены именно на основании отсутствия в деянии состава преступления.

В рамках работы общественным помощником в Пресненской межрайонной Прокуратуре г. Москвы было изучено постановление Пресненского районного суда г. Москвы от 27 января 2014 года по обвинению К. в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. В ходе судебного заседания государственным обвинителем был заявлен отказ от обвинения, ввиду того, что представленные стороной обвинения доказательства не подтверждают предъявленное подсудимой обвинение. У подсудимой К. на момент прихода в помещение нотариальной конторы сотрудников СК РФ и полиции имелось обоснованное предположение о неправомерности их действий по изъятию реестров нотариальных действий, содержащих тайну, охраняемую Конституцией РФ и законом, при этом умысел на применение насилия с целью воспрепятствовать законным действиям представителей власти, в ее действиях отсутствовал.

Еще одним ярким примером применения данного основания отказа от обвинения является постановление Черемушкинского районного суда г. Москвы от 21 января 2013 года. Во время судебного заседания о рассмотрении дела по обвинению В. в злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности стало известно, что кассационным определением Судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 18 декабря 2012 года решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 10 сентября 2009 года о взыскании с В. кредиторской задолженности, отменено [3].

Решение Судебной коллегии носило преюдициальный характер, и, соответственно, опираясь на него, государственный обвинитель верно отказался от обвинения в связи отсутствием в действиях В. состава преступления.

Проведенный анализ отказов от обвинения в связи с отсутствием в деянии состава преступления, позволяет сделать вывод, что имеют место серьезные проблемы, как в органах предварительного следствия и дознания, так и среди сотрудников прокуратур. И если частные случаи, когда преступное деяние декриминализировалось в законодательстве, нельзя вменить в вину сотрудникам органов предварительного следствия, дознания и прокуратур, то остальные случаи выглядят абсолютно недопустимыми.

Ошибки в квалификации преступления, некачественное проведение следственных мероприятий, некачественный анализ доказательственной базы — все это нередко приводит и к тому, что виновные люди, которые совершили противоправное деяние не получают заслуженного наказания. С другой стороны, людям, которые не совершали ничего противоправного — наносится непоправимый ущерб здоровью, репутации и жизни вовсе. Можно оправдать ошибки со стороны сотрудников органов предварительного следствия и дознания, ввиду их обширной загруженности работой, однако, в таком случае вызывают большие вопросы решения помощников прокуроров, которые занимаются проверкой поступивших в Прокуратуру обвинительных заключений, актов и постановлений, по сути своей, являясь фильтром перед отправкой дела в суд. Безусловно, правильно вводить жесткие санкции к должностным лицам, допустившим ошибки, повлекшие за собой впоследствии отказ от обвинения в судебном заседании, опираясь на ст. 41.7 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации» о дисциплинарной ответственности [4].

Наконец, может сложиться ситуация, при которой доказательства будут указывать на то, что событие преступления было, однако, лицо, являющееся подсудимым, непричастно никоим образом к его совершению. В такой ситуации государственный обвинитель должен серьезно оценить обстоятельства дела, он должен выяснить, исчерпаны или нет возможности получения новых доказательств по делу. И только после того, как он придет к выводу, что нет оснований для достоверного вывода о виновности лица, а средства для получения новых доказательств отсутствуют, он должен заявить отказ от обвинения, основываясь на п. 1 ч.1 ст. 27 УПК РФ.

Среди рассмотренных решений суда 20 % отказов от обвинения были заявлены государственным обвинителем именно по основанию непричастности лица к совершению преступления.

Солнцевским районным судом Московской области 25.06.2013 было издано постановление о прекращении уголовного преследования в связи отказом государственного обвинителя от обвинения. В судебном заседании государственный обвинитель от обвинения в отношении В. отказалась, указав, что потерпевший ФИО13, В. не опознал, а других достаточных объективных данных о причастности В. к преступлению не имеется, в связи с чем вина подсудимого В. по данному обвинению не нашла своего подтверждения [5].

Аналогичное решение было принято Колпинским районным судом г. Санкт-Петербурга, согласно которому в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель отказался от обвинения, предъявленного подсудимому Ф. по ст.228 ч.2 УК РФ (по факту совершения преступления 18.05.2011), на основании п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ, то есть за непричастностью Ф. к совершению данного преступления. По мнению государственного обвинителя, исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства не являются достаточными для установления вины Ф. в совершении данного преступления [6].

Подводя итог, нужно сказать, что институт отказа от обвинения является остропроблемным. На практике прокуроры-обвинители стараются прибегать к данному институту только в крайних ситуациях, несмотря на то, что многое может указывать на незаконность или необоснованность обвинения. Трудно сказать о причинах такого поведения, они могут быть, как психологическими — боязнь признать ошибку, которая может повлечь ответственность и получение соответствующих санкций, так и должностными, связанными с некими негласными приказами «сверху».

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 03.02.2014)// «Собрание законодательства РФ». 24.12.2001. N 52 (ч. I). ст. 4921.

4. Федеральный закон от 17.01.1992 N 2202–1(ред. от 02.04.2014) «О прокуратуре Российской Федерации» // «Собрание законодательства РФ», 20.11.1995, N 47, ст. 4472.

РФ, государственный обвинитель, обвинение, прекращение уголовного дела, уголовное преследование, отказ, основание, судебное заседание, отсутствие события преступления, предварительное следствие.

РФ, государственный обвинитель, обвинение, прекращение уголовного дела, уголовное преследование, отказ, основание, судебное заседание, отсутствие события преступления, предварительное следствие.

Негативные последствия прекращения уголовного дела по.

В данной статье рассмотрена проблема коллизии норм действующего УПК РФ с нормами уголовно-процессуального законодательства по вопросу негативных юридических последствий после прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию.

Порядок возвращения уголовного дела прокурору на различных.

государственный обвинитель, РФ, уголовное преследование, обвинение, прекращение уголовного дела, отказ, основание, уголовное судопроизводство, постановление, уголовное дело.

Особенности участия государственного обвинителя в судебных.

РФ, государственный обвинитель, обвинение, прекращение уголовного дела, уголовное преследование, отказ, основание, судебное заседание, отсутствие события преступления, предварительное следствие.

уголовное преследование, РФ, прекращение уголовного дела, уголовная ответственность, уголовное дело, суд, прекращение, суд

Необоснованные действия государственных обвинителей при. При заявлении стороной защиты ходатайства о прекращении уголовного.

государственный обвинитель, судебное следствие, совершенное преступление, речь, прокурор, прение, РФ, судебное заседание, обвинительная речь, судебное разбирательство.

обвинительное заключение, РФ, качество обвиняемого, УК РФ, прокурор, материал уголовного дела, Российская Федерация, уголовное дело, суд, государственный обвинитель.

РФ, государственный обвинитель, обвинение, прекращение уголовного дела, уголовное преследование, отказ, основание, судебное заседание, отсутствие события преступления, предварительное следствие.

Как устанавливает 6 пункт 5 статьи УПК, государственный обвинитель – служащий органа прокуратуры, который от имени государства поддерживает обвинение в рамках уголовного судопроизводства. Привлечение прокурора к процессу обеспечивает реализацию конституционных требований о соблюдении порядка разбирательства дел на основе состязательности и равноправия сторон.

Позиция прокурора в уголовном процессе определяется необходимостью обеспечить законность, защиту свобод и интересов личности, общества, государства. В этой связи служащие, привлеченные к производству, должны:

  • Усиливать индивидуальную ответственность за правильность выводов по ключевым вопросам уголовного процесса.
  • Руководствоваться исключительно нормами права.
  • Являться гарантами соблюдения процессуальных и конституционных прав участников судебного процесса.
  • Проявлять активность при исследовании доказательств.
  • Обеспечивать объективность при реализации функций гособвинения, поддерживать его в меру доказанности.
  • Ставить вопрос перед судом о принятии частного определения при выяснении обстоятельств, способствовавших совершению противоправных действий, фактов нарушения интересов граждан следователями/дознавателями и пр.
  • Реагировать на нарушения и грубые ошибки, выявленные в ходе производства органами следствия/дознания.

В уголовном процессе прокурор участвует не от себя, а в качестве представителя государства. Этот статус налагает особые обязанности на служащего.

УПК достаточно четко регламентирует правила участия обвинителя в уголовном судопроизводстве. Основные положения закреплены в 246 статье Кодекса.

Прокурор должен руководствоваться принципом объективности при поддержании обвинения. Его действия должны быть направлены на выявление обстоятельств, не только уличающих, но и оправдывающих подсудимого.

Прокурор как государственный обвинитель выступает самостоятельным процессуальным субъектом. Соответственно, его позиция не связывается с выводами обвинительного акта или заключения. Поддерживать обвинение служащий должен в меру его доказанности. Ему необходимо убедиться в достаточности представленных материалов для вынесения приговора подсудимому.

Если в процессе разбирательства будет выявлено, что доказательствами не подтверждаются претензии к подсудимому, допускается мотивированный отказ прокурора от обвинения. Это действие влечет прекращение производства либо преследования полностью либо в соответствующей части по основаниям, закрепленным 24 и 27 статьями УПК.

Отказ прокурора от обвинения в суде в первую очередь означает отрицание служащим его обоснованности и законности. Соответственно, обвинительная деятельность в отношении гражданина прекращается. Отрицание выражается в публичном выступлении – заявлении прокурора в суде.

Учитывая вышесказанное, можно дать общее определение процессуального действия. Отказ прокурора от обвинения представляет собой заявление, сделанное гособвинителем в заседании суда, выражающее негативное отношение служащего к обвинению в виде отрицания его обоснованности и законности, мотивирующее невозможность поддержания в отношении конкретного субъекта, сообщающее о прекращении (частичном/полном) обвинительной деятельности.

Отказ прокурора от обвинения полностью согласуется с назначением уголовного судопроизводства. В этой связи многие эксперты негативно оценивают поведение некоторых служащих, пытающихся уклониться от совершения этого процессуального действия. В практике, в частности, имеют место случаи, когда должностные лица заявляют ходатайства о возвращении материалов прокурору с целью устранения нарушений, якобы не связанных с неполнотой выполненного расследования.

Такое поведение считается противоправным, а соответствующие постановления прокуроров незаконными и прямо противоречащими предписаниям 7 части 246 статьи УПК.

Во-первых, оно изменяет отношение к подсудимому. Суду и другим участникам судебного процесса после совершения данного действия необходимо обращаться с гражданином как с невиновным.

В действующем законодательстве допускается 2 формы отказа: частичный и полный. В последнем случае имеет место материально-правовое отрицание всего обвинения. В результате мероприятия по отстаиванию обвинительной позиции прекращаются. Частичный отказ прокурора от обвинения предполагает отрицание определенной составляющей доказательственной базы. Деятельность по отстаиванию позиции в суде продолжается, но ее рамки сокращаются. При этом прокурор:

  • Отрицает неподтвердившуюся часть обвинения.
  • Формулирует тезис оставшейся части и поддерживает его.

В уголовном производстве предусматривается возможность смягчения обвинения. Его необходимо отличать от частичного отказа. Смягчение предполагает:

  • Исключение обстоятельств, отягчающих ответственность, из состава деяния.
  • Исключение ссылок на нормы права, нарушение которых вменялось в заключении или акте, если преступление предусмотрено по другой статье УК.
  • Переквалификацию посягательства в соответствии с уголовной нормой, устанавливающей более мягкую санкцию.

При частичном отказе от обвинения имеет место сокращение материально-правовой составляющей, отрицание отдельных аспектов вменяемого преступления. При смягчении, напротив, материально-правовой элемент и объем инкриминируемого деяния остаются неизменными, а юридическая оценка поведения подсудимого корректируется.

Прокурор имеет право отказаться от обвинения, если оценка доказательств, полученных в ходе расследования, оказалась ошибочной, или в процессе судебного следствия были получены сведения, опровергающие обвинение.

Основания отказа служащего разделяются в зависимости от причин прекращения преследования и производства по делу на нереабилитирующие и реабилитирующие. В последнем случае имеет место отказ в связи с отсутствием события преступления или признаков состава в поведении подсудимого. Все прочие основания считаются нереабилитирующими.

В некоторых юридических изданиях в отдельную категорию выделяют обстоятельства, которые обязывают служащего отказаться от гособвинения. Это, в частности, факторы, свидетельствующие об отсутствии предпосылок для продолжения процесса. К таким обстоятельствам можно отнести:

  • Отсутствие жалобы от пострадавшего или примирение подсудимого с потерпевшим в рамках дел частного обвинения.
  • Наличие вынесенного в отношении подсудимого приговора по этому же обвинению или судебного решения о прекращении производства по этому же основанию. Указанные постановления должны быть вступившими в силу.
  • Наличие неотмененного постановления следователя/дознавателя о прекращении дела по этому же обвинению.

Приказом Генпрокурора от 13.11.2000 г. № 141 установлен ряд обязанностей для сотрудников органов прокуратуры, являющихся участниками уголовного процесса.

При радикальном расхождении позиции гособвинителя с содержанием акта/заключения прокурор обязан незамедлительно поставить об этом в известность служащего, утвердившего указанный документ. При этом сотрудники должны предпринимать согласованные меры, обеспечивающие юридическую обоснованность выступления в суде на стороне обвинения и исключающие всякое влияние на процессуальную самостоятельность гособвинителя.

Данное требование подразумевает, что отказ от обвинения необходимо согласовывать с территориальным прокурором или лицом, приравненным к нему. При этом данное правило не указывает на наличие связи между позициями обвинителя и прокурора, утвердившего заключение/акт. Гособвинитель – самостоятельный участник уголовного процесса.

По мнению многих юристов, подход, предусмотренный 7 частью 246 статьи УПК, можно считать вполне логичным и демократичным: государство в лице уполномоченного лица отказывается от обвинения, вследствие чего судебная инстанция прекращает разбирательство.

Вместе с тем появляются вопросы, не разрешенные Кодексом. К примеру, может ли вердикт обжаловаться прокурором, который не согласен с позицией гособвинителя? Как будет реализовывать права потерпевший, возражающий против судебного решения, обусловленного отказом от обвинения?

Как поступать, если мнение суда не совпадает с позицией обвинения, учитывая, что последняя может обуславливаться и объективными результатами разбирательства, и субъективной оценкой доказательств? Как считают некоторые эксперты, судебная инстанция должна сформулировать свои выводы в отдельном процессуальном документе, вне зависимости, но принимая во внимание позицию обвинителя.

Они оказываются в существенной степени ущемленными при отказе прокурора (даже частичном) от обвинения. Потерпевший, согласно положениям закона, вправе поддерживать обвинение вместе с должностным лицом. Но при отказе последнего производство прекращается вне зависимости от воли жертвы преступления. Как показывает практика, прокурор свои действия с потерпевшим не согласовывает и зачастую даже не уведомляет его о них.

Фактически законодательство лишает жертву преступления возможности самостоятельно защищать свои интересы.

Пленарным постановлением № 1 от 5 марта 2004 г. суд подтвердил, что частичный/полный отказ от обвинения в процессе разбирательства, смягчение его предопределяет вынесение решения в соответствии с мнением гособвинителя. Обуславливается это тем, что уголовное производство базируется на принципе равноправия и состязательности, а формулирование и поддержание обвинения обеспечивается гособвинителем. Как видно, в пояснениях Пленума об интересах потерпевшего ничего не сказано.

В этом же постановлении суд указывает, что гособвинитель, руководствуясь законодательством, обязан изложить мотивы своего отказа или смягчения обвинения, приводя ссылки на соответствующие нормы права. Инстанция, рассматривающая дело, в свою очередь, обязана изучить мнение прокурора в заседании, в том числе в рамках судебных прений. Итоги обсуждения позиции гособвинения должны быть отражены в протоколе заседания. Кроме того, в постановлении поясняется, что решение, вынесенное в связи с отказом от обвинения или его смягчения, может обжаловаться сторонами производства.

Как следует из приведенной выше информации, потерпевший имеет только одну возможность защитить свои интересы – оспорить судебный акт. Однако на практике ни судебные прения, ни последующее обжалование решения не меняет положения жертвы преступления, и интересы пострадавшего так и остаются нарушенными.

Выход из сложившейся ситуации можно попытаться найти, если обратиться положением, присутствующим в постановлении КС № 18 от 8 дек. 2003 г. В резолютивной части документа сказано, что вынесение решения, обусловленного позицией гособвинителя, допускается только по окончании изучения материалов производства и заслушивания мнения сторон. Основываясь на этом положении, суд не вправе прекращать дело до того момента, пока материалы не будут полностью исследованы, и выражена позиция участников заседания.

По мнению юристов, такой подход позволил бы найти правильный подход, отвечающий принципам состязательности и независимости судопроизводства.

КС вполне однозначно указывает на то, что действия прокурора, направленные на отказ от обвинения или его изменение в благоприятную сторону для подсудимого, могут осуществляться исключительно после всестороннего изучения всех представленных доказательств (то есть после судебного следствия) и заслушивания мнения остальных участников, в том числе и после завершения прений.

В законодательстве предусматривается, что в случае отказа от обвинения производство или преследование в отношении гражданина должно прекращаться по соответствующим основаниям, о чем выносится постановление (определение). Некоторые юристы считают данный подход не совсем верным.

Поскольку отказ по реабилитирующим мотивам заявляется в конце разбирательства, согласие с ним суду целесообразнее сформулировать не определением, а решением (оправдательным приговором), указав его в описательно-мотивировочной части.

Если же процессуальное действие прокурора обусловлено нереабилитирующими («техническими») основаниями, в этом случае суд может прекратить производство/преследование своим постановлением (определением).

Следует учитывать, что прекращение дела не препятствует дальнейшему предъявлению и рассмотрению иска в рамках гражданского судопроизводства.

Согласно норме, возбужденное дело должно прекращаться при:

  • Отсутствии события преступления или состава посягательства в действиях лица.
  • Установлении факта смерти обвиняемого/подозреваемого. Исключением является производство, направленное на реабилитацию умершего.
  • Отсутствии заявления жертвы преступления, если производство должно возбуждаться на основании этого документа. Исключения предусмотрены в 4 части 20 статьи УПК.
  • Отсутствии судебного заключения о наличии признаков посягательства в действиях одного из субъектов, указанных в п. 2, 2.1 ч. 1 448 нормы Кодекса, или согласия СФ, Госдумы, квалификационной судебной коллегии на возбуждение дела/привлечения в статусе обвиняемого одного из лиц, присутствующего в перечне п. 1, 3-5 ч. 1 ст. 448.

Прекращение дела осуществляется следователем на основании постановления прокурора. Следователь составляет процессуальный документ, в котором указывает:

  • Дату и место вынесения.
  • Должность, Ф. И. О. лица, оформившего его.
  • Основания для возбуждения производства со ссылками на конкретные статьи УК.
  • Результаты следствия с указанием информации о гражданах, в отношении которых оно велось.
  • Меры пресечения, применявшиеся к лицам.
  • Ссылки на нормы, на основании которых дело прекращается.
  • Решение об отмене мер пресечения и обеспечения.
  • Сведения о судьбе вещественных доказательств.
  • Правила обжалования постановления.

Копия документа направляется прокурору, за исключением случаев, установленных ст. 25.1 УПК.

Статья написана по материалам сайтов: businessman.ru, bstudy.net, moluch.ru, ideiforbiz.ru.

«

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий